Источник: vmdaily.ru (Вечерняя Москва)

Автор: Светлана Федотова

РОМАН ТРАХТЕНБЕРГ: ПРОДАМ БОРОДУ, КУПЛЮ ДИВАН!

Я не монстр, но с оркестром под окнами возлюбленной буду торговаться.

«Чем вам не нравится мой живот? — восклицает Роман Трахтенберг и задирает свитер. — У меня в спальне стоит Будда. Веселый такой и пузатый. На меня похож!» Мы сидим на кухне, кипит чайник, Трахтенберг деловито гремит чашками. «Меня в Москве почему-то считают чудовищем, — продолжает откровенничать шоумен. — Допустим, я продаю собственную бороду в своем кафе. А что тут такого? Мне недавно предложили за нее 10 тысяч долларов. Продам бороду, куплю диван. Борода — не член — новая отрастет».

Петербуржец Роман Трахтенберг ворвался в московский шоу-бизнес эдаким рыжеволосым смерчем. Его шоу «Роман без конца», которое крутила радиостанция «Европа плюс», сразу же завоевало поднебесные рейтинги. Огнебородый шоумен соревновался со слушателями в знании анекдотов, ну и по ходу дела стебался над теми, кого обыгрывал. Продолжил издеваться над обывателями Роман в программе «Деньги не пахнут» на МузТВ, устраивая для бедолаг конкурсы на поедание всякой гадости, раздевание до «в чем мать родила» и прочие неприглядные вещи. Петербуржец Трахтенберг плотно обосновался в столице, открыл свое кафе, где он тоже травит анекдоты, правда, уже неприличные. Трахтенберга называют «великим и ужасным», однако в интерьере уютной кухни маэстро выглядит вполне добродушным и даже немного усталым.

До буддизма мне не доползти

— Почему закрыли «Деньги не пахнут»?

— Программа ориентировалась на тинейджеров и должна была быть поучительной, а стала разлагающей. Мы, взрослые люди, знаем, что такое хорошо, а что такое плохо. А дети не знают. Я работаю с ненормативной лексикой в закрытом клубе. Та же группа «Ленинград» использует мат в текстах. Есть люди, которые воспринимают все это как чистое искусство, на самом деле это десерт, который подают к основным блюдам. Когда я понял, что людям эта передача действительно нравится и они хотят в этом участвовать, для меня это стало ужасным откровением. Ну и, конечно, то, как я выглядел на экране, тоже заставило задуматься. Однажды я включил телевизор и увидел там отъявленного мерзавца, глядя на которого, очень сложно предположить, что это кандидат культурологических наук.

— Тем не менее кандидат культурологических наук вовсю глумился над несчастными мальчиками и девочками.

— И не только, приходили взрослые люди. Кто-то хочет любой ценой попасть в телевизор, но это очень сомнительная слава — сидеть в помоях. Кто-то хочет заработать деньги, но это не те деньги, ради которых стоит идти на такие мучения. Я думаю, что объединяет этих людей недостаток образования и воспитания.

— Вы запускаете на МузТВ телевизионную версию своего шоу анекдотов. Игра по-прежнему будет идти на деньги?

— Конечно. Когда я вел игру на радио, люди не верили, что я сам заканчиваю анекдоты, которые они начинают рассказывать: они думали, что у меня перед глазами компьютер. Приходите ко мне в клуб и посмотрите: мы действительно играем по-честному. Причем иногда на очень большие деньги. Самая большая ставка была 5 тысяч долларов на анекдот — я ее выиграл.

— Часто проигрывали?

— Бывало. Были даже такие случаи: я знал анекдот, но не успевал вовремя отреагировать. Я вот даже иногда думаю, неплохо бы принять буддизм — дойти до третьего уровня, и тогда ты будешь работать как компьютер. Но я еврей, и до буддизма мне не доползти.

— Какие анекдоты сейчас популярны?

— Сейчас ситуация в стране напряженная, политические анекдоты люди боятся рассказывать. Но они есть, они очень смешные. А вообще мне очень нравятся еврейские анекдоты. Они остроумные. Большинство анекдотов на тему супружеской измены. (Вздыхает.) Что поделаешь — жизнь такая.

— Вы очень уж грустно об этом говорите. Приходилось обжигаться?

— Я всегда считал, что женщина — это зло. Она предназначена для того, чтобы еду готовить и ублажать мужчину. Ницше еще об этом писал: «Счастье мужчины называется — «я хочу», счастье женщины называется — «он хочет». Вот жил я два года с девушкой. Любовь у нас была сумасшедшая. А потом все кончилось, как будто пелена спала с глаз. Девушка была больна, и болезнь эта называется маниакально-депрессивным психозом. Понимаете, открываешь энциклопедию и находишь все признаки. Звонишь врачу — он говорит: «Требуется госпитализация». Напоследок она тебе устраивает феерическое расставание. Вывозит полквартиры, включая свои подарки, а также чайник, постельное белье и продукты из холодильника. Никакой анекдот не может передать эти чувства. Надо уметь проигрывать. Женщины не умеют проигрывать. Как та самая Ароян. «Ну я же женщина!» И в слезы. Ты сначала определись, кто ты: женщина или журналист. Если журналист — это одно, женщина — другое. Женщина-журналист — не журналист, а мужчина-журналист — не мужчина. Это мое личное мнение.

— Разочаровались в женщинах?

— Смотря с какой стороны на женщину посмотреть. К примеру, я уверен, что женщина не приспособлена к мозговой деятельности. Вы понимаете, даже самая умная женщина мыслит эмоциями. Ты ей говоришь об одном и думаешь об этом. Женщина говорит об одном, делает по-другому, а в голове у нее вообще не пойми что. А что такое любовь, я вам скажу. Это когда простая лягушка тебе кажется царевной. В чем разница между мужчиной и женщиной? Мужчина смотрит на красивую машину и думает: как мне на нее заработать? Женщина, глядя на ту же самую машину, — вот бы мне кто ее подарил?

И гению нужна муза

— Вы не устаете бить себя кулаком в грудь, называть себя настоящим мужчиной. Это как в песне упомянутого вами Шнура: «Мужчина — это яйца, табак, перегар и щетина»?

— Счастье, когда тебя понимают. Друг — это друг. Но, как говорил Чехов, мужчина может быть женщине другом в следующей последовательности: если сначала он — ухажер, потом любовник, и только потом друг. Таким другом является моя жена, у нас сын, ему 10 лет. И вот после размолвок я вернулся к ней. Так и сказал: «Извини, я сделал ошибку, я понял, кто есть кто. Сейчас мне нужен друг и помощник. Я думал, что я могу прожить один, могу сам кого-то учить. Оказывается, нет, мне самому нужен поводырь». Будь ты хоть трижды гениальным, тебе все равно нужна муза.

— Я где-то прочитала, что ваши почитатели частенько дарят вам дорогие подарки в виде квартир и машин. Вы их не стесняетесь принимать, а потом еще и продавать умудряетесь. Это соответствует образу настоящего мужчины?

— Машину мне подарили. Я катался на ней целый год. Потом она испортилась, я ее починил и подумал, что ездить на ней я больше не буду. И что мне делать? Возвращать, сказать: я на ней поездил, подарите мне другую? Я ее продал. Подарили мне квартиру в Петербурге, трехэтажный пентхаус. Я в ней живу и чувствую себя прекрасно. Ну и что? Но они как подарили — нет чтобы ремонт сделать! (Смеется.) Ремонт-то мне пришлось делать за свои деньги, а для меня в тот момент это было непосильно. Вы говорите: почитатели дарят подарки. У меня нет таких почитателей, чтобы «Ах, звезда! Роман! Прими подарок!» Нет, мне дарят друзья. Они приглашают меня на дни рождения. Я говорю: «Не могу, я занят». — «Ну пожалуйста, приди!» — «Ну, хорошо!» Предлагают денег, я не беру. «Подарок возьмешь?» «Подарок возьму». Когда узнаю, что за подарок: «О, это дорогой подарок, не могу взять!» Они говорят: «Ну мы же друзья!» Я беру подарок и говорю: «Большое вам спасибо!»

— А кто они — ваши друзья?

— Друг — это такой человек, который тебе поможет в трудную минуту. Вот я недавно занимал деньги. Купил квартиру в Москве. Составил список из 20 друзей, дали денег только трое. Мне стало понятно, кто из них друг, потому что сотня тысяч долларов для них не сумма.

— У вас есть недостатки?

— У меня нет недостатков. Есть достоинства. Да, я толстый, ленивый, трусливый — смелый не бывает долгожителем. Я не говорю, что я эталон. Просто не все способны увидеть перл в навозной куче. Для таких людей я монстр, вепрь, чудовище. На самом деле я такой, какой я есть. С единственной разницей: на сцене я употребляю ненормативную лексику, а в остальных случаях нет. Я считаю, если бы все были такими, как я, мир был бы чуточку лучше: не было бы войн, скандалов, никто бы никого не обманывал, никто никого бы не убивал. Я оглядываюсь на свою жизнь, мне не стыдно за свои поступки. Были ошибки. Но я ни разу не покривил душой. Меня из университета выгнали, и в армии были проблемы, потому что все вокруг были лицемеры, а я им пытался открыть глаза. Но в розовых очках ведь удобнее. Я смотрю людям смело в глаза. Не важно, кто ты — миллиардер или нищий.

— У Довлатова есть такая мысль: человек, называющий себя профессионалом, по меньшей мере вызывает подозрения. В этом смысле вы не просто подозрительны, вас пора уже в розыск объявить.

— Профессионал — это человек, который выполняет какую-то работу и за это получает деньги. Я — шоумен, конферансье, я за это получаю деньги. Меня можно попросить бесплатно помочь погрузить мебель. Я за это не возьму деньги, потому что это не мой профиль. Но меня нельзя попросить бесплатно провести вечеринку, на которую продаются билеты.

— Вы мне напоминаете Анастасию Волочкову. По части самообожания.

— Волочкова — замечательная женщина, я ее очень уважаю. В отличие от Волочковой я еще уважаю и Ксюшу Собчак. Ксюха мне помогала не один раз. А почему, собственно, я должен не любить себя?

В моих штанах умерло не одно поколение

— Ваш отец имеет отношение к психологии. Не пробовали с ним консультироваться?

— Мой отец — сексолог Лев Моисеевич Щеглов. Он ушел из семьи, когда мне было два года. Проблем с психикой у меня нет. Когда ты умный человек, ты садишься напротив психоаналитика, который глупее тебя на порядок — чему он тебя может научить? Психоаналитика — это, на мой взгляд, выдуманная специальность. Ею занимаются люди, которые страдают от одиночества — им не с кем поговорить. Ко мне в клуб приходят мужики с девчонками, я спрашиваю: «А почему не с женой? Или ты думаешь, что она другая?» С девчонкой ты не боишься оскорбить ее слух. Лицемерие правит миром.

Или вот я был на передаче «Пять вечеров». Слушал выступление певца Новикова, который говорил высоким штилем, а потом вышел из студии и двинул по почкам Гаспаряну из «МК». И убежал, испугался. Сейчас я читаю газеты. Он говорит: «Да я — Гаспаряну?! Да если бы я ударил, он бы умер!» Поэтому когда Гаспарян подал в суд, я дал свидетельские показания. Я не дружу ни с тем, ни с другим. Я — сторонник справедливости.

— Вы богатый человек?

— Нет. Я состоятельный. Но живых денег у меня нет — все в недвижимости. А кормят меня все равно бесплатно (нахально усмехается).

— Чаевые оставляете?

— 10 процентов. Не больше. Официант не виноват в том, что я друг хозяина заведения и ужинаю бесплатно (смеется). Официант получает мало денег. Если я ему не дам, другой не даст — на что же он будет жить? Но если я вижу ленивого официанта, который поставил передо мной треснутый чайник, я не оставляю чаевых. Я считаю, что человек должен свои деньги зарабатывать.

— Вы способны на широкие жесты? Оркестр под окнами возлюбленной, к примеру?

— Если это необходимо, то да. Но опять же с оркестром я буду торговаться. Цена и качество — вещи взаимосвязанные. Как в моем случае, есть я и есть звезды, которые стоят в четыре раза дешевле. Если вам нужна только рожа, а в Москве это распространено, сажают свадебного генерала. Кто вел? Да какой-то кудрявый! Я так не могу.

— Боитесь вдруг оказаться бедным?

— Проводили такой эксперимент. Бедному человеку дали миллион, он все потратил и остался бедным. А у богатого отобрали все — он еще заработал. Человек так устроен: если он хочет жить хорошо, он будет жить хорошо. Главное — желание. Я сын обыкновенных родителей.

Свой первый миллион я заработал в 97-м году. Когда ко мне приходят просить деньги в долг, я не даю принципиально. Деньги давать неправильно, нужно научить их заработать. Вопрос в том, сколько тебе нужно для полного счастья. Я люблю получать удовольствие от жизни. То же образование — оно довольно дорого стоит. Меня родители учили: не надо покупать себе десять пар китайских кроссовок. Лучше купить одни, но фирменные. Все мои друзья покупали новые турецкие джинсы, а я покупал в секонд-хэнде настоящие, фирменные. Вот посмотрите! (Встает из-за стола.) На мне кожаные штаны, которые я купил за 200 рублей. По моим скромным ощущениям, в них умерло не одно поколение. Я их ношу уже шесть лет и совершенно счастлив. Кожаные штаны такими и должны быть — потертыми, боевыми.

— В каких ситуациях чувствуете себя неловко? Если вы вообще способны на такое чувство.

— В неловком положении я себя чувствую, когда рядом со мной сидит дурак. Ему что-то говоришь, объясняешь, а он — дурак. Меня учили, что с дураком нельзя спорить, потому что со стороны можно перепутать, кто из вас кто. Дураки — они же совершенно счастливые люди. Есть такой стишок: «Мой небосвод кристально светел и полон радужных вершин, не потому что мир прекрасен. А потому что я — кретин». Самое страшное, что может быть — это когда тебе стыдно за то, что ты сделал. Анекдот есть такой: «Сидят в баре два мужика, один глушит водку. «Я в этом городе построил сто мостов, но никто не называет меня мостостроителем. Я в этом городе 200 домов возвел, но домостроителем меня тоже никто не называет. Но стоило мне один раз по пьяни трахнуть козу…» Честное имя зарабатывается очень долго, а теряется мгновенно, от тебя все отворачиваются.

— Вы боитесь одиночества?

— Конечно, я же абсолютно социальное существо.

— Вы как-то сказали, что, имея 20 миллионов долларов, сможете вздохнуть спокойно. Чего бы вы не согласились сделать за эти деньги?

— А ничего. За 20 миллионов я готов отдать свою жизнь, если кому-то она нужна. Может, кого-то должны убить, а он еще не все успел сделать. Я много чего сделал, я устал. 20 миллионов — хорошая сумма, она обеспечит моих детей. И внуков, наверное, тоже.